Парки

Эта статья о богинях. См. также слово «парк».
Парки
Мифология римская мифология
В иных культурах рожаницы и род, мойры и норны
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе
Парки. Марко Биджо. Ок. 1525. Национальная галерея старинного искусства Палаццо Барберини. Рим

Па́рки (лат. Parcae) — три богини судьбы в древнеримской мифологии. Отождествлялись также с римскими фатами[1].

Первоначально Парка — богиня рождения, затем — богиня, определяющая продолжительность жизни. Подобно Карменте или после отождествления с Мойрой, произошедшего под греческим влиянием, стало считаться, что парки тоже три[1][2]:

  • Нона (лат. Nona) — тянет пряжу, прядя нить человеческой жизни (соответствует мойре Клото),
  • Децима (лат. Decima) — наматывает кудель на веретено, распределяя судьбу (соответствует мойре Лахесис),
  • Морта (лат. Morta) — перерезает нить, заканчивая жизнь человека (соответствует мойре Атропос).

Образ в литературе

Парки часто используются как художественный образ в литературе. Его, например, использовал в одном из своих стихотворений немецкий поэт Генрих Гейне, где он рисует Парок в виде трёх безобразных старух:

Три старухи, одна с другой схожи,
У дороги сидят,
И прядут, и сурово глядят…
Все такие противные рожи!

Прялка в пальцах у первой старухи.
Ей приходится нитки сучить,
Нитку каждую надо смочить —
Оттого у ней губы отвислые сухи.

Под руками второй всё быстрее, быстрее
Пляшет веретено —
Как-то странно смешно…
Глаза у старухи сандала краснее.

Держит ножницы третья Парка;
И зловеще мрачна,
Miserere мурлычет она…
Острый нос у неё, на носу бородавка.

О, не медли! Не мучь моего ожиданья!
Перережь поскорей
Эту нить злополучную жизни моей,
Чтоб покончились страшные эти страданья!

— Генрих Гейне, Zum Lazarus, X, «Es sitzen am Kreuzweg drei Frauen…»
(«Три старухи, одна с другой схожи…», перевод П. И. Вейнберга)

Русский поэт-символист Дмитрий Мережковский в стихотворении «Парки» (1892) развивает мотив роковой предопределённости, рисуя богинь судьбы как дряхлых и равнодушных существ, для которых творение жизни стало бессмысленной рутиной. В его трактовке человек оказывается в трагическом разладе: он обречён лгать, чтобы жить, и не в силах ни распутать, ни разорвать узел, в котором сплелись правда и ложь. Финал стихотворения — это отчаянная мольба к Парке прекратить эти муки, перерезав «петлю роковую»[3].

Будь что будет — всё равно.
Парки дряхлые, прядите
Жизни спутанные нити,
Ты шуми, веретено.

...

Мы же лгать обречены:
Роковым узлом от века
В слабом сердце человека
Правда с ложью сплетены.

...

Пусть же петлю роковую,
Жизни спутанную нить,
Цепи рабства и любви,
Всё, пред чем я полон страхом,
Рассекут единым взмахом,
Парка, ножницы твои!

См. также

Примечания

  1. ↑ 1 2 Мифы народов мира : Энциклопедия. Электронное издание / Гл. ред. С. А. Токарев. — Москва, 2008. — С. 784-786.
  2. ↑ Циркин Ю. Б. Мифы Древнего Рима. — М.: Астрель, АСТ, 2000. — С. 160-161. — 560 с. — ISBN 5-17-003989-1.
  3. ↑ Шаблон:Книга:Мережковский Д.С. Стихотворения и поэмы